Ambienti: аттракционы, за которыми есть смысл

Начну не с биеннале: до Садов и Арсенала оставалось ещё три дня, а этот день я провёл в Риме, в MAXXI — музее искусства XXI века, том самом здании Захи Хадид.

Полное название выставки — «Ambienti 1956–2010. Environments by Women Artists II»: среды, сделанные художницами. Не работа на стене, а комната, в которую заходишь. Это второй заход проекта: первый показывали в мюнхенском Haus der Kunst и он кончался 1976 годом, а римский довели до 2010-го — года, когда достроили саму Хадид. То есть здание тут не коробка для выставки, а последний её экспонат.

Из всего, что я видел в галереях современного искусства, это, наверное, самое сильное. Иммерсивности столько, что первое сравнение приходит обидное: детские аттракционы. Заходишь в зону — и она с тобой что-то делает. Лаура Гризи встречает тебя ветром в сорок узлов. У Цуруко Ямадзаки красная москитная сетка 1956 года висит в семидесяти сантиметрах над полом, и внутрь можно зайти. У Александры Касубы — радужный коридор, по которому идёшь. И зон таких много.

Обидное сравнение не работает по одной причине. В аттракционе смысл — сам аттракцион: покатался и вышел. Здесь за каждой зоной стоит мысль, и угадывать её не надо, она расписана рядом. Войти можно как в аттракцион, а выйти с чем-то ещё.

А Лучо Фонтана нашёлся и здесь, хотя выставка вообще не про него. Нанда Виго сделала «Ambiente spaziale: „Utopie“» для XIII Миланской триеннале 1964 года вместе с ним: мягкий волнистый ковёр, на который ложишься. Человек, который резал холсты ножом, шестьдесят лет назад делал ровно то, за что я хвалю выставку сегодня, — комнату, а не картину.

Про сами Сады и Арсенал — отдельно.