Бегемотопись и цикличность

С современным искусством я познакомился близко в 2013 году. Впервые пошел с мамой в Эрарту, главный музей современного искусства в Петербурге. Как вспоминаю, выбрал сам, нашел в каком-то рейтинге музеев. Вдруг что-то интересное.

И с тех пор меня не отпускает. Музеи, выставки, книги — кажется, нет города, где я был и не посетил все галереи искусства, что только можно.

Эрарта в 2013 году впечатлила меня много чем. Там я впервые увидел работы Рината Волигамси (потрясающая «Большая медведица»), Арона Зинштейна (очень яркие «Футбол» и «Метро») и многих других. А еще — побывал на персональной выставке Ростана Тавасиева, автора «Бегемотописи». Бегемотопись — это течение живописи, в котором картины рисуются мягкими игрушками. Тогда я впервые увидел что-то настолько внезапное, и навсегда запомнил это слово.

Вчера я гулял по cosmoscow, главной выставке-ярмарке современного искусства в России. Прошел мимо новых работ Рината Волигамси — узнал их, потому что слежу за ним с Эрарты. Прошел мимо новых работ Александра Косолапова. Узнал их, потому что меня пару лет назад зацепила его работа в ММОМА. Он, кстати, в этом году вошел в топ cosmoscow по цене продажи работ — 7.4 млн рублей за лот.

И увидел их. Мягкие игрушки на холсте. Робко подхожу к куратору, спрашиваю, не бегемотопись ли это. Она.
— А сам Ростан сейчас ходит по залу, возможно, вы его еще встретите. О, кстати, вот он!
Подхожу к нему. Рассказываю, как одиннадцать лет назад с его выставки я начал следить за современным искусством. Мы жмем руки.

Я ничего не понимаю в современном искусстве. Я просто не способен запомнить теорию, а практиков слишком много, чтобы я мог в них ориентироваться. Но классно, когда появляются якоря, которыми можно зацепиться. Они и мотивируют искать в каждой галерее новые яркие работы в свою личную виртуальную коллекцию.

И спустя 11 лет круг замкнулся. Показываю Диане холст и могу сказать, что это бегемотопись.

И вот я уже эксперт.

Спасибо, Ростан.